int(978) спас нерукотворный в русской иконе | Русские | Tsurganov.info






спас нерукотворный в русской иконе


Икона Спас Нерукотворный - описание

Эта страничка относится к разделу

  Икона Господа Спас Нерукотворный

Спас Нерукотворный

Спас Нерукотворный всегда был на Руси одним из самых любимых образов. Именно его обычно писали на знаменах русских войск. Существует два вида изображений Нерукотворного образа: Спас на убрусе и Спас на чрепии. На иконах типа "Спас на убрусе" лик Христа изображен на плате (полотенце), верхние концы которого завязаны узлами. По нижнему краю пущена кайма. Лик Иисуса Христа - лик человека средних лет с тонкими и одухотворенными чертами, с бородой, разделенной надвое, с длинными, вьющимися на концах волосами и с прямым пробором.


Появление иконы "Спас на чрепии" объясняется следующим преданием. Как уже говорилось, царь Эдессы Авгарь принял христианство. Нерукотворный образ был приклеен на "доску негниющу" и помещен над городскими вратами. Позднее кто-то из царей Эдессы вернулся к язычеству, и образ был замурован в нише городской стены, а через четыре столетия место это было совершенно забыто. В 545 году, во время осады города персами, эдесскому епископу было дано откровение о местонахождении Нерукотворного образа. Когда кирпичная кладка была разобрана, жители увидели не только прекрасно сохранившуюся икону, но и отпечаток лика на глиняной доске (черепице, чрепии), которая закрывала Нерукотворный образ.

На иконах "Спас на чрепии" нет изображения плата, фон ровный, а в некоторых случаях имитирует фактуру черепицы или простой каменной кладки.

На русских иконах Спас Нерукотворный изображен обычно спокойным, с открытыми глазами. У католиков, напротив, лик Христа пишется страдальческим, иногда с закрытыми глазами, на голове терновый венец и следы крови.

Статья опубликована участником [tol ] 2012-05-30. Со временем любая информация устаревает. Если Вы нашли ошибки или устаревшие сведения в этой статье, сообщите об этом .


Что такое икона?

Что такое икона? Для чего иконописцы создают иконы Богородицы . иконы святых покровителей . иконы Спасителя и другие православные иконы? Почему однажды мы непреодолимо хотим заказать икону? Хотим, чтобы икону написали лично для нас.

В дословном переводе с греческого икона – это образ. Через икону каждый человек обращается к Богу в себе, потому что он един во всех. Князь Е.Н.Трубецкой писал, что православные иконы открывают человеку «видение иной жизненной правды и иного смысла мира» 1. отличного от борьбы за выживание. Никакие слова не в состоянии передать той силы Божественной любви и радости ощущения Божественной благодати, которая исходит от икон Божьей Матери, икон святых и икон Спасителя Иисуса Христа, написанных современным иконописцем Юрием Кузнецовым.

Как известно, иконы «обладают особым языком – системой знаков, передающих определенную информацию» 2. Но «расшифровка» этих символов может быть осуществима только сердцем. Для человека, который хотел бы заказать икону, важно, обретение не просто иконы с изображением Спасителя Иисуса Христа, Божьей Матери, или святых, но за православной иконой должно быть «обнаружение святого, место его мистического присутствия. Икона – визуальное звено в диалоге между молящейся душой и святым: христианин молится не иконе, а через икону тому, кто изображен на ней» 3. Испытать на себе силу Божественной любви, исходящей от иконы Юрия Кузнецова, может даже человек неверующий. Особенное впечатление производит икона Богородицы Умиление Радуйся Невесто Неневестная.

Конечно «…искусство церковное имеет свои особые, ему одному свойственные, черты и потому ставит художника в особое положение: художник должен уяснить себе предъявляемые им требования. Он должен дать не обыкновенную реальную картину, не копию со случайно попавшегося под руку образца, не праздный вымысел фантазии, не освященный ясным религиозным сознанием, но икону, соответствующую ее высокому назначению» 4. И если молящийся, созерцая иконы Божьей Матери, иконы святых, иконы Спасителя Иисуса Христа или другие православные иконы испытает пронзающее душу чувство реальности духовного мира. Если икона вдруг открывается как светлое, проливающее свет видение, которое сознается превышающим все окружающее, пребывающим в ином, своем пространстве и в вечности, то утихает горение страстей и суета мира, ощущение Бога сознается превыше-мирным, качественно превосходящим мир и из своей области действующим тут, среди нас 5.

Все вышеописанное было пережито мной лично и многими людьми, хранящими в своем доме иконы «кузнецовского письма». У каждого в доме икона его святого покровителя.

Икона, будь то Казанская икона Божьей Матери. икона Богородицы Всецарица. икона святого покровителя, Спасителя Иисуса Христа или другая православная икона – это «Церковное Предание и благодать Божия, проявляемая через линии и краски, как через цветовые письмена. Сила иконы свидетельствует о том, что этот мир [духовный прим. КК] близ нас, что сама душа – частица этого мира» 6.

Отец Иоанн Кронштадтский писал о необходимости икон в доме: «Иконы в церкви, в домах необходимы, между прочим и для того, что они напоминают о бессмертии святых, живи суть (Лк. 20, 38), как говорит Господь, что они в Боге видят нас, слышат нас и помогают нам» (Иоанн Кронштадтский. Моя жизнь во Христе. С-Пб. 2005, с. 468). Через икону святого, икону Божьей Матери или икону Спасителя Иисуса Христа мы приобщаемся к его жизни и как будто совместно проживаем ее. Вместе с иконой Богородицы «Аз есмь с Вами и никтоже на Вы» молящийся утверждается в своей вере. Дословно название иконы звучит как - «Я всегда нахожусь с Вами и никто Вас не обидит».

«Икона начинается с линии, а линия начинается из сердца; она не имеет другого основания, или обуславливающей ее причины. Сердце в святоотеческом понимании – это место пребывания духа человека или сам дух. Поэтому исходная точка иконы лежит в невидимом мире, а затем появляется и проявляется, как бы нисходит на плоскость иконы; она не повторение линии образца, с которого пишется икона» 7. Представьте себе тонкую серебряную нить, идущую из сердца, и каждое мгновение жизни окрашивает ее в соответствующий цвет, так получается многоцветный, сотканный из эпизодов жизни ковер. В этом суть икон «кузнецовского письма». Иконы Божьей Матери, иконы святых, иконы Спасителя Иисуса Христа или другие православные иконы пишутся Юрием Кузнецовым по этому принципу: каждая точка – эпизод жизни святого. Если воспринимать икону не логически, а духом, то в орнаменте Владимирской иконы Божией Матери можно увидеть, что эта икона была завезена из Византии в Россию в начале XII века, как подарок Юрию Долгорукому от Константинопольского Патриарха Луки Хризоверха. Икону поставили в женском монастыре Вышгорода, недалеко от Киева, слух о ее чудотворениях дошел до сына Юрия Долгорукого, князя Андрея Боголюбского, который и решил перевезти икону на север.

Такое понимание и прочтение Владимирской иконы Божией Матери возможно, потому что «линия на иконе – это прорез в духовный мир, это просвет в мире костной и, поэтому, в существе своем, затемненной материи – материю просветить может только благодать» 8. Прорез в иконах «кузнецовского письма» - это орнамент, лежащий в его основе. Орнамент круглится, так как линия в иконе «не должна быть заостренной и угловатой, как бы сломанной (угловатость, судорожность, изломы, заостренные концы относятся к изображению темной силы). Окружность и округленность, естественное движение линии – это жизнь линии…» 9. Вариации орнамента меняются в зависимости от того пишется ли икона Божьей Матери, икона святых или другая православная икона или икона Спасителя Иисуса Христа.

В процессе иконописания очень важен «мистический опыт общения с Небесной Церковью и переживание духовных реалий» 10. именно этот опыт дает истинное содержание иконе.

Каноническую форму и историческую достоверность православной иконе дает образец, с которого снимается список. Между списком и копией с иконы Божьей Матери, иконы святых или иконы Спасителя Иисуса Христа есть принципиальная разница. «Список – близость к личности, копия – схожесть, или даже визуальное совпадение с иконографическим образом» 11. «Чтобы сделать список, надо внутренне пережить икону, прочесть ее смысловой текст, а затем написать его своим почерком» 12.

Иконы XXI века – это сайт, созданный специально для популяризации и пропаганды творчества иконописца Юрия Кузнецова, а также для возрождения и восстановления православия в России, для возвращения людей на путь радости, любви и доброты. У нас Вы можете заказать икону «кузнецовского» письма, познакомиться с историями обретения православных икон, узнать про земную жизнь святых и их почитание, прочитать о смысле и содержании праздников православного календаря.

Иконы Божьей Матери, святых покровителей, Спасителя Иисуса Христа и другие православные иконы создаются по старинным монастырским технологиям темперой на липовой доске.

Прежде чем заказать икону, мы предлагаем Вам узнать наши рекомендации. Если Вы хотите икону для себя, икону, которая будет вместе с Вами на протяжении всей жизни, то это может быть именная икона . то есть икона с изображением соименного с Вами святого. Выбрать соответствующий образ можно из предлагаемого списка уже написанных именных икон. Если Вашего имени не оказалось в списке, то это не значит, что вы не сможете заказать именную икону, напишите нам или позвоните и мы подберем для Вас святой образ. Личная икона не обязательно должна быть именной. Это может быть икона Божьей Матери, икона святого, икона Спасителя или другая православная икона.

Особенность икон «кузнецовского письма» в том, что иконописец Юрий Кузнецов обладая очень чутким восприятием человека, пишет для него образ, соответствующий именно его духу. Икона авторского письма, написанная специально для конкретного человека, на протяжении всей жизни будет укреплять его в вере и поддерживать в трудные минуты жизни. При написании святого образа для иконописца очень важно понимать жизненный путь человека, для которого он являет святой образ, так как после написания иконы человек и святой будут связаны. Поэтому личную икону: икону Божьей Матери, икону святого, именную икону, икону Спасителя, семейную икону или другую православную икону, написанную специально для Вас ни в коем случае нельзя продавать или отдавать другому человеку.

После того, как Вы определитесь с образом, для того, чтобы заказать икону, нужно будет выбрать ее размер. Юрий Кузнецов пишет иконы святых в основном 2-х размеров: большие – 75х100 см и маленькие – 35х40 см.

В каком случае лучше заказать большую икону, а в каком маленькую? Большая икона позволяет иконописцу с помощью орнамента и цвета более подробно передать историю жизни святого и его духовный подвиг. Маленькая икона более келейная, удобна в транспортировке. Конечно, возможно выбрать икону и другого формата, но нужно учитывать, что для этого понадобится дополнительное время на изготовление основы под икону. «Икона есть и путь, и средство; она – сама молитва» 13. Цель иконы, будь то иконы Божьей Матери, иконы святых или другие православные иконы или иконы Спасителя Иисуса Христа – «направить все наши чувства, так же как и ум и всю нашу человеческую природу к ее истинной цели – на путь преображения» 14.

_____________________________________________________________________

1 Трубецкой Е.Н. Умозрение в красках / Иконы России. М. 2008. с. 117

2 Л.В.Абрамова. Семиотика иконы. Саранск, 2006, С. 4

3 Архимандрит Рафаил (Карелин). О языке православной иконы/ Православная икона. Канон и стиль. М. 1998, с. 79

4 Н.В.Покровский. Новое церковное искусство и церковная старина/ Богословие образа. Икона и иконописцы. М. 2002, с. 267

5 Флоренский П. Иконостас. М. 2009. С. 36

6 Архимандрит Рафаил (Карелин). О языке православной иконы/ Православная икона. Канон и стиль. М. 1998, с. 60

7 Архимандрит Рафаил (Карелин). О языке православной иконы/ Православная икона. Канон и стиль. М. 1998, с. 66-67

8 Архимандрит Рафаил (Карелин). О языке православной иконы/ Православная икона. Канон и стиль. М. 1998, с. 63

9 Архимандрит Рафаил (Карелин). О языке православной иконы/ Православная икона. Канон и стиль. М. 1998, с. 71

10 Архимандрит Рафаил (Карелин). О языке православной иконы/ Православная икона. Канон и стиль. М. 1998, с. 60

11 Архимандрит Рафаил (Карелин). О языке православной иконы/ Православная икона. Канон и стиль. М. 1998, с. 67

12 Архимандрит Рафаил (Карелин). О языке православной иконы/ Православная икона. Канон и стиль. М. 1998, с. 67

13 Леонид Успенский. Смысл и содержание иконы/ Православная икона. Канон и стиль. М. 1998, с. 111

14 Леонид Успенский. Смысл и содержание иконы/ Православная икона. Канон и стиль. М. 1998, с. 111


Спас Нерукотворный Иконы

(статья основана на материалах, изложенных в статье: Лидов А.М. Святой Мандилион. История реликвии // Спас Нерукотворный в русской иконе. М. 2005.)

«Спас Нерукотворный» – изображение Нерукотворного Образа Спасителя, запечатленного чудесным образом на куске ткани (плате, полотенце), который в Византии называли «Святым Мандилионом», а в Древней Руси «Святым Убрусом» или «Спасом Нерукотворным».

Первые упоминания о существовании Образа относится к концу VI века. В середине X века создается «Повесть о Нерукотворном Образе», в которой излагается два предания о возникновении Нерукотворного образа Спасителя. Согласно первой истории топарх Эдессы по имени Авгарь, страдавший от тяжелых болезней, узнал о чудесах Христа и уверовал в Него. Он отправил Спасителю письмо с просьбой прийти и исцелить его. Своему посланнику Анании, который умел рисовать, Авгарь поручил также сделать портрет Христа. Спаситель, получив письмо, написал ответ, в котором обещал не видевшему Его, но уверовавшему Авгарю исцеление и жизнь вечную, а его городу Эдессе – защиту и неприступность. Кроме того, Христос, «умыв водой лицо, а затем вытерев с него влагу поданным Ему полотенцем, соизволил божественным и неизреченным образом запечатлеть на нем Свои черты». Письмо и плат с Нерукотворным Образом были даны Анании для Авгаря, чтобы тот получил избавление от страданий и болезни.

Другое предание о возникновении Мандилиона напоминает о страстях Господних. Нерукотворный Образ возникает во время молитвы в Гефсиманском саду. «И Сам отошел от них на вержение камня, и, преклонив колени, молился, говоря: Отче! о, если бы Ты благоволил пронести чашу сию мимо Меня! впрочем не Моя воля, но Твоя да будет. Явился же Ему Ангел с небес и укреплял Его. И, находясь в борении, прилежнее молился, и был пот Его, как капли крови, падающие на землю» (Лк. 22: 41–44). Тогда, по преданию взяв у одного из учеников кусок ткани, Он вытер им ручейки пота, и тотчас отпечатался Его боговидный образ. После Вознесения Христа апостол Фома передал Нерукотворный Образ апостолу Фаддею, которого он послал к Авгарю во исполнение обещания Христа. При виде апостола, принесшего Мандилион, Авгарь мгновенно исцелился, возложив плат себе на голову, глаза и уста. Он изучил «отпечаток образа на льне» и поразился его чудотворной силе, а апостол Фаддей рассказал ему об «изображении без красок от пота». Апостол Фаддей, совершив множество чудес и исцелив всех больных в Эдессе, крестил Авгаря и его семью. Новокрещеный властитель Эдессы прославил Нерукотворный Образ. Он прикрепил его к доске, украсил золотом, написав на образе слова: «Христе Боже, надеющийся на Тебя не погибнет», и установил перед главными воротами города на том месте, где ранее находилась статуя почитаемого греческого божества. И каждый должен был поклониться «чудотворному образу Христа» как новому небесному покровителю града.

Однако внук Авгаря отступил от христианства и решил уничтожить Нерукотворный Образ над воротами города. Узнав об этом, епископ Эдессы закрыл «полукруглую нишу» с Мандилионом черепицей, предварительно поставив перед Нерукотворным Образом светильник. О спрятанном Образе забыли. Мандилион был вновь обретен во время осады Эдессы персами в 544 году, когда епископу Евлалию явилась ночью «некая прекрасная вооруженная жена», которая открыла ему местонахождение Нерукотворного Образа. Евлалий нашел Мандилион неповрежденным, а находившийся рядом с ним светильник непогасшим. Епископ, подняв Образ над головой, обошел по стене город: неожиданный порыв ветра раздул пламя и направил его на персов. Город, таким образом, был спасен.

16 августа 944 года Образ Спаса Нерукотворного был торжественно перенесен из Эдессы в Константинополь во дворцовый храм Богоматери Фаросской, где хранились важнейшие реликвии страстей – Крестное Древо, Терновый Венец, Гвозди от креста Распятия, Багряница Христа. На этот день устанавливается ежегодное празднование, посвященное этому событию. С этого момента Нерукотворный Образ становится одной из главных святынь Византийского мира.

После захвата и разграбления крестоносцами Константинополя в 1204 году судьба Образа становится неизвестной.

О существовании списков с Нерукотворного Образа известно из литературных источников с VII века. Самый ранний из сохранившихся – створка складня из монастыря Святой Екатерины на Синае середины X века. В XII веке изображение Спаса Нерукотворного приобретает самостоятельное значение. Широкое распространение оно получает в росписях храмов.

На Руси Святой Убрус начинают почитать как истинный образ Христа сразу после крещения. Предание сообщает, что писанный на полотне образ, список с реликвии, был принесен из Византии первым епископом и просветителем Суздальской земли святым Феодором. Самая ранняя из сохранившихся – двусторонняя икона с Образом Спаса Нерукотворного второй половины XII века из Третьяковской Галереи.

Празднование Перенесения из Едессы в Константинополь Нерукотворного Образа (Убруса) Господа Иисуса Христа – 29 августа (16 августа по старому стилю).


Спас Нерукотворный и его значение

Икона Спаса Нерукотворного занимает особое место в иконописи, и ей посвящена обширная литература. Традиция гласит, что известная нам икона является рукотворной копией чудесно обретенного оригинала. Согласно преданию, в 544 году н.э. два нерукотворных изображения Иисуса были найдены в надвратной нише стены города Эдессы. Когда нишу открыли, в ней горела свеча и лежал плат с чудесным изображением, которое в то же время оказалось отпечатанным на керамической плитке, закрывающей нишу. Таким образом, сразу возникли две версии изображения: Мандилион (на плате) и Керамион (на плитке). В 944 г. Мандилион перемещается в Константинополь и через два десятилетия тем же путем следует и Керамион. Согласно свидетельствам паломников, обе реликвии хранились в сосудах-ковчегах, подвешенных на цепях в одном из нефов Храма Богоматери Фаросской, домовой церкви Императора /1-4/. Эта знаменитая церковь была также местом хранения других сопоставимых по значению реликвий. Сосуды никогда не открывались и обе реликвии никогда не демонстрировались, но списки начали возникать и распространяться по христианскому миру, постепенно приняв форму известного нам иконописного канона. После разграбления Константинополя крестоносцами в 1204 году, Мандилион предположительно попал в Париж, хранился там до 1793 года и исчез во время французской революции.

Существует несколько версий предания о первоначальном происхождении Мандилиона. Наиболее популярное в средние века повествование называется в научной литературе epistula Avgari и его можно найти полностью в /4, 5/. Больной проказой эдесский царь Авгарь послал письмо Иисусу с просьбой приехать и исцелить его. Иисус ответил письмом, которое позже получило широкую известность в качестве самостоятельной реликвии, но не исцелило Авгаря. Тогда Авгарь прислал слугу-художника, чтобы тот нарисовал образ Иисуса и привез с собой. Приехавший слуга застал Иисуса в Иерусалиме и попытался его зарисовать. Видя неуспешность его попыток, Иисус попросил принести воды. Он умылся и утерся платом, на котором чудесно запечатлелся Его лик. Слуга увез с собой плат и, согласно некоторым версиям рассказа, с ним вместе отправился апостол Фаддей. Проходя мимо города Иераполя, слуга спрятал на ночь плат в груде черепицы. Ночью произошло чудо и изображение плата отпечаталось на одной из черепиц. Слуга оставил эту черепицу в Иераполе. Таким образом появился второй Керамион – иерапольский, который также в конце концов оказался в Константинополе, но имел меньшее значение, чем эдесский. В конце рассказа слуга возвращается в Эдессу, и Авгарь исцеляется, дотронувшись до чудесного полотенца. Авгарь поместил плат в надвратную нишу для всеобщего поклонения. Во времена гонений реликвия была замурована в нише ради сохранности, и о ней забыли на несколько столетий.

Историю Св. Мандилиона часто путают с историей плата Вероники – отдельной реликвии, хранящейся в Соборе Св. Петра в Риме и принадлежащей западной традиции. По преданию, в день распятия Св. Вероника дала полотенце Иисусу, изнемогающему под тяжестью своего креста, и он вытер им свой лик, отпечатавшийся на полотенце. Некоторые считают, что это и есть история возникновения иконы Спаса Нерукотворного, т.е. Мандилиона, но это совершенно независимая реликвия, независимое повествование и независимое изображение, имеющее другие типические черты. На большинстве иконописных версий плата Вероники глаза Иисуса закрыты и черты лица другие, чем на Мандилионе. Его главу венчает терновый венец, что согласуется с ситуацией рассказа. На Мандилионе глаза открыты, тернового венца нет, волосы и борода Иисуса мокрые, что согласуется с рассказом о слуге Авгаря, в котором Иисус вытирается полотенцем после умывания. Культ плата Вероники возник относительно поздно, около 12 века. Некоторые известные иконы, связанные с этим культом, являются в действительности версиями Св. Мандилиона и имеют византийское или славянское происхождение/6, 7/.

В данном очерке я размышляю об удивительной харизме этой единственной в своем роде иконы, пытаюсь собрать вместе и сформулировать разные аспекты её символического значения и разгадать загадку её притягательной силы.

ЛИК СПАСИТЕЛЯ

Спас Нерукотворный – это единственная икона, изображающая Иисуса просто как личность, как человека, имеющего лицо. Остальные иконические образы Иисуса показывают Его совершающим какое-либо действие или содержат указания на Его атрибуты. Вот Он сидит на троне (значит Он – Царь), вот Он благословляет, вот Он держит в руках книгу и указывает на написанные там слова. Множественность образов Иисуса богословски правильна, однако может скрыть основную истину христианства: спасение приходит именно через личность Иисуса, через Иисуса как такового, а не через какие-то его отдельные действия или атрибуты. Согласно христианскому учению, Господь послал нам Своего Сына как единственный путь к спасению. Он Сам – начало и конец пути, альфа и омега. Он спасает нас самим фактом своего вечного присутствия в мире. Мы идем за ним не в силу каких-то обязательств или рассуждений или обычаев, а потому, что Он нас зовет. Мы любим его не за что-то, а просто за то, что Он есть, т.е. примерно так же, как любим мы не всегда объяснимой любовью избранников или избранниц наших сердец. Именно этому отношению к Иисусу, отношению в высшей степени личному и соответствует образ, изображенный на Св. Мандилионе.

Эта икона сильно и явно выражает самое сущность христианской жизни – необходимость для каждого установить личное отношение с Богом через Иисуса. С этой иконы Иисус смотрит на нас так, как ни с какой другой, чему способствуют преувеличенно большие и слегка скошенные глаза. Этот Иисус смотрит не на человечество вообще, а на конкретного зрителя и ожидает столь же личного ответа. Встретившись с Его взглядом, трудно укрыться от безжалостных мыслей о себе и своем взаимоотношении с Ним.

Икона-портрет дарит значительно большее ощущение прямого контакта, чем икона с повествовательным содержанием. Если повествовательная икона передает историю, то икона-портрет выражает присутствие. Икона-портрет не отвлекает внимание на одежду, предметы или жесты. Иисус здесь не благословляет и не предлагает словесных формул спасения, за которые можно спрятаться. Он предлагает только Себя. Он есть Путь и Спасение. Остальные иконы – это о Нём, а здесь Он сам.

ФОТОПОРТРЕТ

Св. Мандилион - это единственный в своем роде ‘фотопортрет’ Иисуса. Это собственно и не рисунок, а именно отпечаток лица, фотография в прямом материальном смысле. Будучи стилистически нейтральным изображением лица как такового, наша икона имеет что-то общее с не слишком почетным, но совершенно необходимым и распространеным в нашей жизни жанром паспортного фото. Так же как и на паспортных фото, здесь изображено именно лицо, а не характер или мысли. Это просто портрет, а не психологический портрет.

Обычный фотопортрет изображает собственно человека, а не его видение художником. Если художник заменяет оригинал образом, отвечающим его субъективному видению, то портретное фото запечатлевает оригинал как он есть физически. Так же и с этой иконой. Иисус здесь не интерпретирован, не преображен, не обожествлен и не осмыслен - Он есть как Он есть. Напомним, что Бог в Библии неоднократно именуется «сущим» и говорит о себе, что Он «есть что Он есть».

СИММЕТРИЯ

Среди других иконических образов, Спас Нерукотворный уникален своей симметрией. На большинстве версий Лик Иисуса почти полностью зеркально симметричен, за исключением скошенных глаз, движение которых придаёт лицу жизнь и одухотворяет его/8/. Эта симметрия отражает, в частности, фундаментально важный факт творения – зеркальную симметрию облика человека. Симметричны и многие другие элементы Божьего творения (животные, элементы растений, молекулы, кристаллы). Пространство, основная арена творения, само по себе обладает высокой степенью симметрии. Православный храм также симметричен, и Нерукотворный Образ часто занимает в нём место на основной плоскости симметрии, связывая симметрию архитектуры с асимметрией иконописи. Он как бы прикрепляет к стенам динамичный в своем многообразии и красочности ковер храмовых росписей и икон.

Так как согласно Библии человек создан по образу и подобию Божию, можно предположить, что симметрия – один из атрибутов Бога. Спас Нерукотворный выражает таким образом симметрию Бога, творения, человека и храмового пространства.

ГЕНИЙ ЧИСТОЙ КРАСОТЫ

На приведенной в заголовке новгородской иконе 12 века из Третьяковской галереи (это древнейшая русская икона Спаса) Св. Лик выражает позднеантичный идеал красоты. Симметрия – это лишь один из аспектов этого идеала. Черты лица Иисуса не выражают боль и страдания. Этот идеальный образ свободен от страстей и эмоций. В нем видится небесное спокойствие и мир, возвышенность и чистота. Это сочетание эстетического и духовного, прекрасного и Божественного, которое так же сильно выражено в иконах Богоматери, как бы напоминает нам о том, что красота спасет мир.

Тип лица Иисуса близок к тому, который в эллинистическом искусстве называют «героическим» и имеет общие черты с позднеантичными изображениями Зевса/9/. Этот идеальный Лик выражает соединение в единой личности Иисуса двух природ – Божественной и человеческой и использовался в ту эпоху и на других иконах Христа.

КРУГ ЗАМЫКАЕТСЯ

Спас Нерукотворный – это единственная икона, в которой нимб имеет форму полностью замкнутого круга. Круг выражает совершенство и гармонию мирового устройства. Положение лика в центре круга выражает полноту и завершенность совершенного Иисусом акта спасения человечества и Его центральную роль в мироздании.

Изображение головы в круге напоминает также о положенной на блюдо голове Ионна Предтечи, предварившего своим страданием крестный путь Иисуса. Образ головы на круглом блюде имеет также очевидные евхаристические ассоциации. Круглый нимб, содержащий лик Иисуса, символически повторяется в круглых просфорах, содержащих Его тело.

КРУГ И КВАДРАТ

На новгородской иконе круг вписан в квадрат. Высказывалось мнение, что геометричность этой иконы создает образ парадокса Боговоплощения через идею квадратуры круга, т.е. как совмещение несовместимого /10/. Круг и квадрат символически изображают Небо и Землю. Согласно космогонии древних, Земля – это плоский квадрат, а Небо – это сфера, по которой обращаются Луна, Солнце и планеты, т.е. мир Божественного. Этот символизм можно найти в архитектуре любого храма: квадратный или прямоугольный пол символически соответствует Земле, а свод или купол потолка – Небу. Поэтому сочетание квадрата и круга – это фундаментальный архетип, выражающий структуру Космоса и имеющий в данном случае особое значение, так как Христос, воплотившись, соединил Небо и Землю. Интересно, что круг вписанный в квадрат (а также квадрат, вписанный в круг), как символическое отображение структуры Мироздания, используется в мандале, основной иконе тибетского буддизма. Мотив квадрата, вписанного в круг можно также увидеть и в иконе Спаса в рисунке кресчатого нимба.

ЛИК И КРЕСТ

Кресчатый нимб является каноническим элементом почти всех основных типов икон Иисуса. С точки зрения современного зрителя, сочетание головы с крестом выглядит как элемент распятия. В действительности наложение лица на крестообразный мотив скорее отражает конечный результат своеобразной конкуренции изображений креста и Лика Иисуса за право служить государственной эмблемой Римской Империи. Император Константин сделал именно крест основным символом своей власти и императорским штандартом. Иконы Христа вытесняют крест на государственных изображениях начиная с 6 века. Первым сочетанием креста с иконой Иисуса были, по-видимому, круглые изображения Иисуса, прикрепляемые к военным крестам-штандартам подобно тому, как к таким же штандартам прикреплялись портреты императора /11/. Таким образом, сочетание Иисуса с крестом указывало скорее на Его властные полномочия, чем на роль Жертвы /9 (см. гл.6)/. Не удивительно, что идентичный кресчатый нимб присутствует и на иконе Христа-Вседержителя, в которой роль Христа как Владыки подчеркивается особенно явно.

Буквы, изображаемые в трех перекладинах креста, передают транскрипцию греческого слова «о-омега-н», означающее «сущий», т.е. так называемое небесное имя Бога, которое произносится как «хэ-он», где «хэ» - артикль.

‘АЗ ЕСМЬ ДВЕРЬ’

Икону Спаса Нерукотворного часто размещают над входом в сакральное помещение или пространство. Вспомним, что он был обретен в нише над воротами города Эдессы. В России его также часто помещали над воротами городов или монастырей, а также в храмах над входными дверями или над царскими вратами алтарей. При этом подчеркивается сакральность охраняемого иконой пространства, которое тем самым уподобляется Богохранимому граду Эдессе/1/.

Здесь есть и другой аспект. Подчеркивая, что путь к Богу лежит только через Него, Иисус называет себя дверью, входом (Ин. 10:7,9). Так как сакральное пространство ассоциируется с Царством Небесным, то проходя под иконой в храм или алтарь, мы символически совершаем то, к чему нас приглашает Евангелие, т.е. проходим через Иисуса в Царство Небесное.

ГЛАВА И ТЕЛО

Св. Мандилион – это единственная икона, на которой изображена только голова Иисуса, даже без плеч. Безтелесность лика говорит о примате духа над телом и порождает множественные ассоциации. Голова без тела напоминает о земной смерти Иисуса и создает образ Жертвы, как в смысле его распятия, так и в смысле евхаристических ассоциаций, о которых говорилось выше. Изображение одного Лика соответствует православному богословию иконы, согласно которому на иконах изображается личность, а не человеческая природа /12/.

Изображение головы также напоминает об образе Христа как Главы Церкви (Ефес 1:22,23). Если Иисус – это Глава Церкви, то верующие – это её тело. Изображение Лица продолжается вниз расширяющимися линиями мокрых волос. Продолжаясь вниз, в пространство храма, эти линии как бы охватывают верующих, которые тем самым становятся Телом, выражая полноту церковного существования. На новгородской иконе направление волос подчеркнуто резко прочерченными белыми линиями, разделяющими отдельные пряди.

КАК ВЫГЛЯДЕЛ СВ. МАНДИЛИОН?

Судя по историческим свидетельствам, эдесский Мандилион представлял собой изображение на плате, натянутом на небольшую доску и хранился в закрытом ларце /2/. Вероятно, имелся золотой оклад, который оставлял открытым только лицо, бороду и волосы. Епископ Самосаты, которому было поручено привезти Св. Мандилион из Эдессы, должен был выбрать подлинник среди четырех претендентов. Это говорит о том, что уже в Эдессе с Мандилиона делались копии, которые были также изображениями на тканевой основе натянутыми на доску. Эти копии по-видимому и послужили началом традиции изображений Нерукотворного Образа, так как нет никаких сведений о копировании Мандилиона в Константинополе. Так как иконы вообще как правило пишутся на тканевой основе (паволока) натянутой на доску, Св. Мандилион является прото-иконой, прототипом всех икон. Из сохранившихся изображений наиболее близкими оригиналу считаются несколько сохранившихся в Италии икон византийского происхождения, датировка которых дискутируется. На этих иконах Св. Лик имеет натуральные размеры, черты лица восточные (сиро-палестинские) /13/.

СКРИЖАЛЬ НОВОГО ЗАВЕТА

Значение Мандилиона в Византии было сопоставимо со значением Скрижалей Завета в древнем Израиле. Скрижали были центральной реликвией ветхозаветной традиции. На них самим Богом были начертаны заповеди, составлявшие главное содержание Ветхого Завета. Присутствие Скрижалей в Скинии и Храме подтверждало подлинность Божественного происхождения заповедей. Так как в Новом Завете главное – сам Христос, то Св. Мандилион – это скрижаль Нового Завета, его зримый Богоданный образ. Этот мотив явно звучит в официальном византийском повествовании об истории Мандилиона, в котором рассказ о его перенесении в Константинополь созвучен Библейскому повествованию о перенесении скрижалей в Иерусалим Давидом /14/. Так же как и скрижали, Мандилион никогда не демонстрировался. Даже императоры, поклоняясь Мандилиону, лобызали закрытый ларец. В качестве скрижали Нового Завета, Св. Мандилион стал центральной реликвией византийской империи.

ИКОНА И РЕЛИКВИЯ

Византийское благочестие стремилось к синтезу иконы и реликвии /15/. Иконы часто возникали вследствие стремления «размножить» реликвию, освятить ей весь христианский мир, а не только небольшую часть пространства. Икона Спаса Нерукотворного напоминала не только только о реальности земной жизни Спасителя, но и о реальности и подлинности самого Святого Плата. На связь с реликвией указывают складки материи, изображенные на многих версиях иконы Св. Мандилиона. На иконах Св. Керамиона изображен тот же лик, но фон имеет фактуру черепицы.

Впрочем, прямая связь с реликвией подчеркивалась не всегда. На иконе, представленной в заголовке, Лик изображен на однородном золотом фоне, символизирующем Божественный Свет. Таким способом усиливается эффект присутствия Иисуса, подчеркивается Его Божественность и факт Воплощения, а также и то, что источником спасения является сам Иисус, а не реликвия. Вольф /10/ указывает на «монументализацию» Лика, освобожденного от тканевой основы, его перемещение с материи в сферу духовного созерцания. Высказывалась также гипотеза, что золотой фон новгородской иконы копирует золотой оклад иконы-прототипа /16/. Новгородская икона была процессионной, выносной, чем объясняются её большие размеры (70х80см). Так как размер Лика больше человеческого лица, этот образ не мог претендовать на роль прямой копии Св. Мандилиона и служил его символическим заместителем в богослужениях Страстной Недели и праздника иконы 16 августа.

Интересно, что оборотная сторона новгородского Мандилиона как раз иллюстрирует использование икон для «размножения» реликвий. На ней представлена сцена Поклонения Кресту /17/, содержащая изображение всех основных страстных реликвий из церкви Богоматери Фаросской (терновый венец, губка, копье и т.д. /4/). Так как в древности изображение рассматривалось как заместитель изображаемого, наша икона создавала в пространстве новгородского храма своего рода эквивалент церкви Богоматери Фаросской – основного храма-реликвария Византии.

БОГОВОПЛОЩЕНИЕ И ОСВЯЩЕНИЕ МАТЕРИИ

Боговоплощение единодушно признаётся ключевой темой Мандилиона. Хотя явление Христа в материальном мире и является темой любой иконы, в рассказе о чудесном отображении Лика Христа на плате не только подтверждается с особенной ясностью доктрина о Боговоплощении, но и создается образ продолжения этого процесса после земной смерти Иисуса. Уходя из мира, Христос оставляет в нем свои «отпечатки» на душах верующих. Подобно тому, как Св. Мандилион силой Св. Духа перешел с плата на черепицу, той же силой передается и образ Божий от сердца к сердцу. В церковной иконописи Мандилион и Керамион иногда помещают в основании купола напротив друг друга, чем воссоздается ситуация чудесного воспроизведения образа /1/.

Св. Мандилион занимает особое место как среди икон, так и среди реликвий. Многие реликвии являются обычными предметами, уникальными в силу своей близости к Божественному (например, пояс Богоматери). Мандилион же являлся материей, непосредственно измененной целенаправленным Божественным воздействием и может рассматриваться как прообраз преображенной материальности будущего века. Реальность преображения ткани Мандилиона подтверждает реальную возможность обожения человека уже в этом мире и предвещает его преображение в будущем, причем не в виде бестелесной души, а в качестве обновленной материальности, в которой Образ Божий будет таким же образом «просвечивать» через человеческую природу, как Св. Лик просвечивает через ткань Мандилиона.

Изображение ткани на иконах Спаса Нерукотворного имеет более глубокий смысл, чем просто иллюстрация натуральности Св. Плата. Ткань Плата – это образ материального мира, уже освященного присутствием Христа, но еще ожидающего грядущее обожествление. Это многозначный образ, отражающий как потенциальную обожествляемость материи нашего мира уже сегодня (как в Евхаристии), так и её грядущее полное обожение. Ткань Плата обозначает также и самого человека, в котором Христос властен явить свой образ. С этим кругом образов связан и евхаристический смысл Мандилиона. Образ Св. Лика, проступающий на Мандилионе, подобен Телу Христову онтологически существующему в евхаристическом хлебе. Нерукотворный образ не иллюстрирует, а дополняет причастие: то, что не видно в Евхаристии, доступно созерцанию на иконе. Не удивительно, что Св. Мандилион широко использовался в иконографических программах алтарей /18,19/.

Вопрос о природе Мандилиона, как и сам парадокс Боговоплощения, труден для рационального осмысления. Мандилион – это не иллюстрация Боговоплощения, а живой пример воплощения Божественного в материальное. Как понимать святость Мандилиона? Свято ли только само изображение, или материал тоже свят? В Византии в 12 веке происходили на эту тему серьезные богословские дебаты. Дискуссия закончилась официальным утверждением о святости только изображения, хотя практика почитания этой и других реликвий свидетельствует скорее об обратном.

ЗНАМЯ ИКОНОПОЧИТАНИЯ

Если язычники поклонялись «Богам сделанным людьми» (Деяния, 19:26), то христиане могли противопоставить этому Нерукотворный Образ, как материальное изображение, сделанное Богом. Создание Иисусом собственного изображения являлось сильнейшим доводом в пользу иконопочитания. Икона Спаса занимает почетное место в иконографических программах византийских храмов вскоре после победы над иконоборчеством.

Сказание об Авгаре заслуживает внимательного прочтения, так как оно содержит богословски значимые идеи, связанные с иконопочитанием:

(1) Иисус хотел иметь Своё изображение;

(2) Он послал вместо себя Своё изображение, подтверждая тем самым правомочность почитания изображения как Своего представителя;

(3) Он послал изображение в ответ на просьбу Авгаря об исцелении, что прямо подтверждает чудотворность иконы, а также потенциальную целительную силу других контактных реликвий.

(4) Посланное до этого письмо не исцеляет Авгаря, что согласуется с тем, что экземпляры священных текстов, несмотря на практикующееся поклонение им, как правило не играют роли чудотворных реликвий в православной традиции.

В сказании об Авгаре примечательна также роль художника, который оказывается неспособным нарисовать Христа своими силами, но приносит заказчику изображение, начертанное согласно Божественной воле. Этим подчеркивается, что иконописец является не художником в обычном смысле, а исполнителем Божьего замысла.

НЕРУКОТВОРНЫЙ ОБРАЗ НА РУСИ

Почитание Нерукотворного Образа приходит на Русь в 11-12 веках и распространяется особенно широко начиная со второй половины 14 века. В 1355 г. новопоставленный московский митрополит Алексий привез из Константинополя список Св. Мандилиона, для которого был сразу заложен храм-реликварий /7/. Почитание копий Св. Мандилиона внедрялось как государственный культ: по всей стране стали возникать церкви, монастыри и приделы храмов, посвященные Нерукотворному Образу и получавшие название «Спасских». Перед иконой Спаса молился Дмитрий Донской, воспитанник митрополита Алексия, получив известие о нападении Мамая. Хоругвь с иконой Спаса сопровождала русское войско в походах начиная от Куликовской битвы вплоть до первой мировой войны. Эти хоругви начинают называть «знамения» или «знамена»; слово «знамя» заменяет древнерусское «стяг». Иконы Спаса размещаются на крепостных башнях. Также как и в Византии, Спас Нерукотворный становится оберегом города и страны. Распространяются образы для домашнего использования, а также миниатюрные изображения Спаса, использующиеся как амулеты/20/. Церковные здания на книжных иллюстрациях и иконах начинают изображать с иконой Спаса над входом в качестве обозначения христианской церкви. Спас становится одним из центральных образов русского православия близким по значению и смыслу к кресту и распятию.

Возможно, сам митрополит Алексий был инициатором использования Нерутворного Образа в иконостасах, которые приобретают близкий к современному вид именно в эту эпоху /7/. В связи с этим возник новый тип огромных икон Спаса с размером лика намного превосходящим натуральный. Св. Лик на этих иконах приобретает черты Небесного Иисуса, Христа-судии Последнего дня /21/, что было созвучно распространенным в ту эпоху ожиданиям близкого конца света. Эта тема присутствовала и в западном христианстве того времени. Данте в Божественной Комедии использовал иконографию Св. Лика для описания лицезрения Божества в Судный День /7/.

Образ Спаса приобрел новые оттенки смысла в контексте идей исихазма. Образы Мандилиона, особенно на крупных иконах, кажутся «заряженными» нетварной энергией, излучают неземную силу. Не случайно, в одном из рассказов о Мандилионе сам образ становится источником нетварного Света, подобного Фаворскому /14/. Новая трактовка темы преображающего фаворского света появляется на иконах Симона Ушакова (17 век), на которых сам Св. Лик становится источником нездешнего сияния /22/.

СЛУЖБА ИКОНЕ

Общецерковный характер поклонения Св. Мандилиону выразился в существовании праздника иконы 16 августа, в день переноса реликвии из Эдессы в Константинополь. В этот день читаются особые библейские чтения и стихиры, выражающие богословские идеи, связанные с иконой /12/. Стихира празднику передает изложенное выше сказание об Авгаре. Библейские чтения излагают важнейшие этапы истории Воплощения. Ветхозаветные чтения напоминают о невозможности изображения Бога, остававшегося невидимым, тогда как Евангельские чтения содержат ключевую для богословия Мандилиона фразу: «И, обратившись к ученикам, сказал им особо: блаженны очи видевшие то, что вы видите!» (Лк. 10:23).

Существует также канон нерукотворному образу, авторство которого приписывают Св. Герману Константинопольскому /12/.

ЛИТЕРАТУРА

/1/ А. М. Лидов. Иеротопия. Пространственные иконы и образы-парадигмы в византийской культуре. М. Феория. 2009. С нашей темой наиболее близко связаны главы «Мандилион и Керамион» и «Святой Лик – Святое Письмо – Святые Врата», с. 111-162.

/2/ А. М. Лидов. Святой мандилион. История реликвии. В книге «Спас Нерукотворный в русской иконе». М. 2008, с. 12-39.

/3/ Робер де Клари. Завоевание Константинополя. М. 1986. с. 59-60.

/4/ Реликвии в Византии и Древней Руси. Письменные источники (редактор-составитель А.М. Лидов). М. Прогресс-Традиция, 2006. Часть 5. Реликвии Константинополя, с.167-246. Текст epistula Avgari можно найти в Части 7. с. 296-300.

/5/Е. Мещерская. Апокрифические деяния апостолов. Новозаветные апокрифы в сирийской литературе. М. Присцельс, 1997. 455 с. См. главу «Древнерусская версия легенды об Авгаре по рукописи XIII века»,

http://www.gumer.info/bogoslov_Buks/apokrif/Avgar_Russ.php. Данная версия Еpistula Avgari была популярна в средневековой России.

/6/ В Риме было несколько древних изображений Христа византийского происхождения включая несколько копий Св. Мандилиона. Согласно Л. М. Евсеевой /7/ их образы конвергировали и к 15 веку образовался известный образ Христа с Плата Вероники с длинными симметричными прядями волос и короткой слегка раздвоенной бородой, см:

http://en.wikipedia.org/wiki/Veil_of_Veronica

Этот иконографический тип оказывал влияние и на поздние русские иконы Спаса. Высказывается также предположение, что имя «Вероника» происходит от «vera icona» (истинный образ): первоначально так называли римские списки Св. Мандилиона, потом возникла легенда о Веронике и появился сам Плат Вероники, первые достоверные сведения о котором датируются 1199г.

/7/ Л.М.Евсеева. Нерукотворный образ Христа» митрополита Алексия (1354-1378) в контексте эсхатологических идей времени. В книге «Спас Нерукотворный в русской иконе». М. 2008, с.61-81.

/8/ На многих иконах Спаса (включая и новгородскую икону в иллюстрации) можно заметить небольшую намеренную асимметрию лика, которая, как было показано Н. Б. Тетерятниковой, способствует «оживлению» иконы: лик как бы «поворачивается» в сторону зрителя, смотрящего на икону под углом. N. Teteriatnikov. Animated icons on interactive display: the case of Hagia Sophia, Constantinople. В книге «Пространственные иконы. Перформативное в Византии и Древней Руси», ред.-сост. А.М. Лидов, М. Индрик, 2011, с.247-274.

/9/ H. Belting. Likeness and presence. A history of image before the era of art. Ch .11. The Holy Face. The University of Chicago Press, 1992.

/10/ Г. Вольф. Святой лик и святые стопы: предварительные размышления перед новгородским Мандилионом. Из сборника «Восточнохристианские реликвии», ред.-сост. А.М. Лидов. М. 2003, 281-290.

/11/Крестов с портретами императоров сохранилось немного. Наиболее ранний пример – крест 10 века с портретом императора Августа хранящийся в сокровищнице Аахенского собора и использовавшийся в коронационных церемониях императоров Каролингской династии. http://en.wikipedia.org/wiki/Cross_of_Lothair

/12/ Л. И. Успенский. Богословие иконы православной церкви. М. 2008. Гл. 8 «Иконоборческое учение и ответ на него церкви», с. 87-112.

/13/ См. http://en.wikipedia.org/wiki/File:Holy_Face_-_Genoa.jpg http://en.wikipedia.org/wiki/File:39bMandylion.jpg

/14/ Повесть о перенесении Нерукотворного Образа из Эдессы в Константинополь. В книге «Спас Нерукотворный в русской иконе». М. 2008, с.415-429. Интересно, что в другом византийском сочинении набор страстных реликвий хранившихся в церкви Богоматери Фаросской сравнивается с Декалогом (десятью заповедями).

/15/ И. Шалина. Икона «Христос во гробе» и нерукотворный образ на Константинопольской плащанице. Из сборника «Восточнохристианские реликвии», ред.-сост. А.М. Лидов. М. 2003, с. 305-336. http://nesusvet.narod.ru/ico/books/tourin/

/16/ И.А.Стерлигова. Драгоценный убор древнерусских икон ХI-XIV веков. М. 2000, с. 136-138.с.

/17/ Оборотная сторона новгородского Мандилиона:

http://all-photo.ru/icon/index.ru.html?big=on&img=28485

/18/Ш. Герстель. Чудотворный Мандилион. Образ Спаса Нерукотворного в византийских иконографических программах. Из сборника «Чудотворная икона в Византии и древней Руси», ред.-сост. А.М. Лидов. М. «Мартис», 1996. С. 76-89.

http://nesusvet.narod.ru/ico/books/gerstel.htm.

/19/М. Эмануэль. Спас Нерукотворный в иконографических программах церквей Мистры. Из сборника «Восточнохристианские реликвии», ред.-сост. А.М. Лидов. М. 2003, с. 291-304.

/20/А. В. Рындина. Образ-реликварий. Спас Нерукотворный в малых формах русского искусства XIV-XVI. Из сборника «Восточнохристианские реликвии», ред.-сост. А.М. Лидов. М. 2003, с. 569-585.

/21/Пример подобной иконографии см.

http://www.icon-art.info/masterpiece.php?lng=ru&mst_id=719

/22/ Образ Спаса был для Ушакова основным, программным и был повторен им многократно. В отличие от древних икон, где Божественный свет передается фоном и разлит по всей плоскости иконы, у Ушакова «нетварный свет» просвечивает через сам лик. Ушаков стремился к сочетанию православных принципов иконописи с новыми техническими приемами, позволяющими передать Св. Лик «светло, румяно, тенно, тенно и живоподобно». Новый стиль был одобрительно воспринят большинством современников, но вызвал критику ревнителей старины, которые называли ушаковского Спаса «одутловатым немчином». Многие считают, что «световидные» лики Ушакова передают скорее физический, тварный, чем нетварный свет, и что этот стиль означал распад византийского иконного образа и его замену на эстетику западного искусства, в котором прекрасное занимает место возвышенного.

http://www.tretyakovgallery.ru/ru/collection/_show/image/_id/2930#


Спас Нерукотворный. Икона Спас Нерукотворный в русском письме. - из Википедии

Полное описание

Спас Нерукотворный. Икона Спас Нерукотворный в русском письме. - из Википедии

Икона Спас Нерукотворный в русском письме.

Первые образцы. Начало русской традиции.

Иконы Спаса Нерукотворного попадают на Русь, по некоторым источникам, уже в IX веке. Древнейшая из сохранившихся икон данного иконографического типа — Новгородский Спас Нерукотворный (вторая половина XII века). Можно выделить следующие иконографические типы Нерукотворного образа: «Спас на убрусе» или просто «Убрус», где лик Христа помещен на изображении плата (убруса) светлого оттенка и «Спас на чрепии» или просто «Чрепие» (в значении «черепица», «кирпич»), «Керамида». По преданию, образ Христа проступил на черепице или кирпичах, скрывавших нишу с иконой Нерукотворного Спаса. Изредка на этом типе икон фоном служит изображение кирпичной или черепичной кладки, чаще же фон дан просто более тёмным (по сравнению с убрусом) цветом.

Изводы.

Наиболее древние изображения выполнялись на чистом фоне, без какого-либо намёка на материю или черепицу. Изображение ровного прямоугольного, либо слегка изогнутого убруса в качестве фона встречается уже на фреске церкви Спаса на Нередице (Новгород) конца XII в. Убрус со складками начинает распространяться со второй половины XIII века, прежде всего в византийской и южнославянской иконописи, на русских иконах — с XIV в. С XV века драпированный плат могут держать за верхние концы два ангела. Кроме того, известны различные варианты иконы «Спас Нерукотворный с деяниями», когда образ Христа в среднике иконы окружают клейма с историей образа. С конца XVII в. в русской иконописи под влиянием католической живописи появляются изображения Христа в терновом венце на плате, то есть в иконографии «Плат Вероники». Изображения Спасителя с бородой клинообразной формы (сходящейся к одному или двум узким концам) известно и в византийских источниках, однако, только на русской почве они оформились в отдельный иконографический тип и получили название «Спас Мокрая Брада».

В собрании Государственного музея искусств Грузии находится энкаустическая икона VII века, называемая «Анчисхатским Спасом», представляющая Христа погрудно и считающаяся «оригинальной» эдесской иконой.

Христианская традиция рассматривает Нерукотворный образ Христа как одно из доказательств истинности воплощения второго лица Троицы в человеческом образе, а в более узком смысле — как важнейшее свидетельство в пользу иконопочитания.

По традиции, икона «Спас Нерукотворный» — первый самостоятельный образ, который доверяют писать иконописцу, прошедшему ученичество.


Источники: http://pravicon.com/info-890, http://iconkuznetsov.ru/index.php?did=10&sid=342, http://www.iconrussia.ru/iconography/395/, http://www.proza.ru/2011/12/10/1537, http://st.nikola.ru/life/detail.php?ID=2537NULL Комментариев пока нет!
Добавьте свой комментарий или задайте вопрос.

Ваше имя *
Ваш Email *

Сумма цифр справа: код подтверждения
Внимание, комментарии чистятся от ссылок!








2015 - Правосланые иконы
спас нерукотворный в русской иконе